Обида эта не имела под собой никакого реального основания хотя бы потому, что придумали каратэ и не в Японии (старинное прочтение иероглифов "кара тэ" — "китайская рука"; но "китайское искусство боя" не устраивало патриотическую японскую общественность новейших времен, и нашелся другой, сходный по звучанию иероглиф "кара" — "пустой"), и охватила обида даже не специалистов (мастера общественным мнением редко интересуются и никогда не рвутся его формировать), а так сказать, приобщенных — спортивных функционеров и культуртрегеров, разрабатывавших военно-патриотическую тему. Ответ был дан на уровне анекдотов типа "с голой пяткой на шашку" и статей вроде "Пластуны против ниндзя". Здесь на уровне эмоций или наукообразных фактов развивались два положения: во-первых, для нас это дрыгоножество неприемлемо в принципе (физиология не та и погодные условия другие, одежда не позволяет и т. п.), во-вторых, это на Руси всегда было и даже появилось раньше, чем в Китае.

Поскольку полемика велась внутри мифологемы, с полным одобрением ее постулатов, а информация о дальневосточных воинских искусствах черпалась из рекламных и методических книг уровня "Каратэ для начинающих" или во время миссионерских набегов учеников от учеников модернизированных "под Запад" стилей, искаженный цивилизованный взгляд на боевое мастерство прекрасно прижился и в массовом сознании нашей страны.

Теперь уже и на Западе, и в России, и на самом Дальнем Востоке упорно замалчивается тот факт, что воинское мастерство было, есть и будет всегда уделом элиты, достоянием очень немногих людей, а массовая популярность стиля — верный признак его деградации.