— Ты сам мерзавец! — закричал Вовка и заревел от обиды. Снова наступила тишина.
Этот разговор слышали все: и учителя, и воспитанники интерната. Все видели, как «взвился» Геннадий Олегович, как он орал, брызгая слюнями. Он готов был убить Вовку, и, наверное, так бы и сделал, останься они один на один. Потом, «спустив пар», он сказал:
— Сегодня за свой мерзкий поступок и за грубость по отношению ко мне ты лишаешься завтрака, обеда и ужина! Но это ещё не всё! Когда все позавтракают, мы соберём линейку. Ты, стоя передо мной на коленях, извинишься за нанесённые оскорбления! И добровольно! Слышишь?! Добровольно, сознаешься в своём ужасном поступке! И в том, что деньги ты потратил на сигареты и пиво!
— Геннадий Олегович, — робко произнесла Антонина Александровна, — может, следует разобраться? Вдруг это и правда — не он.
— Вы с ума сошли, Антонина Александровна! В чём тут разбираться?! Что тут не ясного?!
— Я не буду сознаваться в том, чего не делал! — закричал Вовка.
— Будешь, ещё как будешь! — прорычал Гоблин. — Только не в том, чего ты, якобы, не делал, а в том, что ты совершил!
— Посмотрим!
…Не было никакой линейки, потому что когда закончился завтрак, и ребят собрали во дворе, Вовка сорвался с крыши.
Глава 3. Главный Хранитель
— Пошли, — сказал мальчишка, — Учитель ждёт.
— Я не хочу никуда идти, — еле слышно ответил Вовка.
— Придётся, хочешь ты, или нет.
И Вовка понял, что придётся. Мальчишка пошёл к башне. Вовка поплёлся следом. Только тут он увидел внизу башни дверь. Когда они приблизились, дверь, неожиданно, открылась сама собой. За дверью оказалась железная винтовая лестница, ведущая наверх. Мальчишка стал подниматься по лестнице, а Вовка с обречённым видом поплёлся следом.
Комната, в которую они вошли, сильно удивила. Она была похожа на жилище алхимика из кино про средние века. Старинная мебель. На массивных дубовых столах стоят разные колбы, реторты, какие-то механизмы. Там же, на столах, сложены пожелтевшие от времени свитки. На свитках — надписи, сделанные непонятными знаками. Но, несмотря на древнюю обстановку, было там и кое-что современное — огромный жидкокристаллический экран во всю стену.