Вторая попытка. Ветка нагнулась еще ниже к земле. Я чуть не свалился. Но все равно до него было слишком далеко.

— Прыгай! — сказал он. — Уже можно спрыгнуть, Таффи!

Я прищурился на него.

— Прыгай, Таффи! — повторил он.

Мой гневный взгляд говорил о многом. Это был очень красноречивый взгляд. И настолько жгучий, что мог бы прожечь жалюзи.

— Трус! — сказал он.

Пфф, хорошенькое дело! Это уж слишком… Я зашипел и плюнул в него. А чего вы ждали? Он назвал меня трусом! Он сам напросился. Практически попросил:

— Плюнь-ка мне в глаз Тафф!

Ну, я и плюнул.

Он посмотрел на меня сердито. И вдруг — вот змей! — улыбнулся.

— Ага! — сказал он.

Я вам вот что скажу. Если вы кого-то не любите, не стоит при нем говорить «Ага!», потому что этот кто-то начинает от этого сильно нервничать…

Особенно если он крепко застрял на дереве.

— Ага! — повторил преподобный и потопал в гараж.

Гляжу — он машину выводит. Меня аж в дрожь бросило — ну, думаю, кранты, сейчас он мое дерево повалит. Но он остановил машину и вышел.

И привязал другой конец веревки к бамперу.

— Отлично, — сказал он, оглядывая результат своих трудов. — Думаю, она достаточно прочная, чтобы пригнуть ветку.

Я перестал жалобно выть. Внезапно передо мной забрезжила надежда спуститься до того, как я умру от старости на этом дереве.

Если честно, я даже подумал, что идея просто супер. Что этот человек — гений. Я был впечатлен до кончика хвоста.

6. Опять меня провели

Эх, дурак я, дурак, дурья башка. Снова меня провели. Нет, сначала-то все шло отлично. Не придерешься. Преподобный сел в машину, завел мотор и стал аккуратненько, осторожненько отъезжать от дерева… Потихонечку…