Сорен с трудом подавил смешок. Кто бы мог подумать, что Отулисса будет слушать любовные песенки! Но Клив — это Клив. Трудно было представить двух более непохожих сов, чем Клив и Отулисса. Клив из Фертмора был принцем древней династии сов из Северных царств, однако он отказался от титула и наследства, чтобы посвятить свою жизнь созерцанию, а также изучению медицины в уединенной обители Глауксовых братьев. Кроме того, он был убежденным «мирным желудком», то есть противником любой войны. Он никогда не сражался и не носил боевых когтей. Зато Отулисса, несмотря на свои энциклопедические познания и ученые занятия, была закаленной воительницей и командиром истребительной эскадрильи имени Стрикс Струмы. Разве могут миролюбец и воительница обрести совместное счастье? Оказывается, могут.

Перехватив взгляд Сорена, Гильфи тихонько заметила:

— Мне кажется, Блайз поет песню о них.

— Если бы не Клив, — вздохнула Пелли, — наша Отулисса вряд ли смогла бы снова встать на крыло. Она бы с головой ушла в свои книги.

— С дороги! С дороги! — прокричала молодая воробьиная сычиха по имени Фритта, прокладывая себе дорогу через толпу сов, стоявших на балконе. — Я тороплюсь в типографию. Мне нужно успеть включить отзыв о концерте в следующий выпуск! Твоя сестра — чудо! — прокричала она Белл, пролетая мимо.

— Я помогу! — крикнула Белл, устремляясь за ней. — Я хочу убедиться, что ты ничего не упустишь.

Сорен, Корин и остальные члены стаи ненадолго вышли освежиться на ветку, росшую прямо под большим дуплом, но им недолго пришлось наслаждаться тишиной чудесной ночи. Вскоре начались танцы.

— Как непохоже на прошлый год! — сказал Корин.

Вся стая с облегчением посмотрела на своего короля, все были рады, что именно он высказал то, о чем подумали они все. Ведь в прошлом году Стриге удалось настолько замутить Корину разум, что Великое Древо едва не попало в хищные когти этой голубой совы и ее приспешников. Если бы Корин не вспомнил об этом, недосказанность продолжала бы висеть в воздухе, подобно последним клочьям темной грозовой тучи. Но сегодняшний вечер был прекрасен, а тихий воздух словно нарочно создан для танцев.