Внешне Спайк представлял собой довольно необычное зрелище: белоснежная кожа, шапка густых волос такого же цвета и прозрачно-голубые, почти как лед, глаза. У него были резко очерченные скулы и привычка высоко задирать подбородок, словно кто-то специально научил его всегда ходить с гордо поднятой головой. Хотя Спайк и Эбби были одного роста, мальчик иногда казался повыше — очевидно, благодаря своей неизменно прямой осанке.

Если Эбби была непоседой, такой шустрой и любознательной, что не могла подолгу оставаться на одном месте, Спайк в своем спокойствии составлял ее полную противоположность. Подчас, задумавшись, он больше походил на статую, чем на живого ребенка.

Эбби совершенно не интересовалась платьями, и тетя Люси давно забросила попытки привить ей вкус к нарядам. Девочка, почти не снимая, носила шорты из парусины и темно-красную рыбацкую толстовку. Спайк же предпочитал одеваться в синее, причем никогда не носил куртку, как бы холодно и ветрено ни было на улице.

Хотя Эбби и Спайку приходилось играть исключительно друг с другом, ссорились они редко. Если им и случалось поспорить, Спайк всегда мог вовремя остановить размолвку, попросту рассмешив Эбби.

Надо сказать, что шутил Спайк не так уж часто. Но стоило ему с серьезным выражением лица бросить какое-нибудь немногословное замечание, как начинали хохотать даже взрослые.

«Этот парень рассмешит и черепаху», — говаривал дядя Бен.

Эбби почему-то было приятно это слышать. Будто всякую похвалу в адрес Спайка она воспринимала и на свой счет. По правде говоря, она чувствовала себя одиноко, пока Спайк не появился в Спеллере. Девочка и представить себе не могла, каково бы ей жилось без друга.

Спайк, в свою очередь, рьяно соперничал с Эбби в бесконечных играх. Он ни разу не делал ей поблажек как девчонке — кроме тех случаев, когда они плавали в море. Здесь, несмотря на свой равнодушный вид, мальчик всегда заботливо следил, не угрожает ли Эбби опасность.