…Витька сидел в своей норке и страдал из-за коварства, вероломства дяди Юры, который прилетел и даже не захотел его увидеть. Ладно-ладно, пусть в другой раз попробует заговорить с ним! Витька гордо пройдет мимо и даже не оглянется.

Несколько раз ему показалось, что кто-то кричит его. Но так сильно дул ветер, что и его шум можно было принять за крик. Потом он видел, как по камням внизу прошли два солдата, оглядывая берег. Витька затаился в глубине грота: ему совсем не хотелось, чтобы его тайник обнаружили. После ухода солдат он выглянул и увидал несущуюся от горизонта темную точку. Это опять летел Слезкин. Сразу забыв обо всех обидах, он начал выкарабкиваться из грота. Гребешки волн ложились уже совсем близко, а ветер так мощно подпер Витьку со спины, что он взобрался на плато, почти не помогая себе руками. Вертолет уже приземлился, в него заходили солдаты. «Куда это они?» — подумал мальчик. Вдруг от стоящей возле машины группы людей оторвалась фигура и широким шагом двинулась ему навстречу. Витька узнал отца. Лицо у него было злое, кулаки сжаты. Однако они не встретились: Жуков не прошел и трети отделяющего его от сына расстояния, как распахнулась дверь одного из стоящих невдалеке станционных домиков, и возникший в проеме солдат прокричал ему вслед:

— Товарищ капита-ан! Сброс питания-а!..

Жуков повернулся, и тем же широким шагом зашагал к станции.

Зато Витьку встретила у вертолета мать. Первым делом она так стукнула его, что он чуть не упал. Витька удивился такому обращению настолько, что даже не заплакал, а только спросил: