— Со скуки?! — возмутился Володька.

От таких слов он даже о собственной усталости позабыл и невольно прибавил шагу, пытаясь не отстать от деда.

— Много вы тут понимаете! Да у нас… у нас — компьютеры! Игры! Сотни игр! Нет, даже тысячи! Какие только душе угодно! Стадионы! Бассейны! Телевидение кабельное! Больше двадцати программ! Телефоны сотовые! У нас…

— Заладил, — насмешливо перебил его старик. — Стадионы! Что от них толку-то, если ты вон пятнадцать километров пройти не можешь?

— Я не могу?! Могу!

— Конечно. С языком-то через плечо. Пыхтишь, как паровоз хороший.

— Ну и что?! Все равно в городах интереснее!

— Тепличные условия ни единому человеку не интересны! — безапелляционно отрезал Роман Феоктистыч. — Ежели он стоящий.

— Почему — тепличные?!

Старик ухмыльнулся и ядовито перечислил:

— Ходить разучились — автобусом до работы али школы добираетесь. Купаетесь в ваннах металлических, реки вами давно загажены и воздух тоже. Питаетесь дрянью всякою! Химия везде, даже детишки гастритами маются. От лишнего веса ваши женщины на стены лезут, не знают, как от жира избавиться…

Володька приоткрыл было рот, старательно подбирая возражения, а его прапрадед вдруг обернулся и с явным ехидством вопросил:

— А что это ты, мил друг, так моему возрасту изумился?

Поняв, что в этом споре ему не победить, Володька рот аккуратно захлопнул и проворчал сквозь зубы:

— Что-то мы не о том. Вы лучше скажите, что за дети у вас в поселке живут? Они что, как и я, приезжие?

Глаза Романа Феоктистыча смеялись, он мгновенно разгадал невинную Володькину хитрость. Но «добивать» городского гостя не стал, добродушно ответил:

— Дети-то? А всяких хватает. Пашка с Ленкой, Анфисы внуки, так да, пришлые. Из Питера они. А Маруська и Петька — это свои.