А Ваньша-Гармонист отошел душой маленько и уже у чертенка пошутливей спрашивает:

– На что тебе, косолапому, моя гармонь? Ты ведь играть не умеешь?

– А меня старшие черти за ней послали. Они твоей гармошкой свои болезни разогнать хотели. Она ведь у тебя волшебная, с заговорами?

Засмеялся Ваньша, чертенка поближе к себе за хвост подтянул.

– Слыхал, – говорит, – я про вас, что вы народ не шибко сообразительный, но чтоб до такого додуматься – никак не ждал!

Посадил чертенка рядышком на кровать, по головке погладил, чтоб не так сильно дрожал, спросил ласково:

– Зовут-то тебя как, хвостатенький?

– Люцифер…

– Ого! – удивился Ваньша. – Громкое имя! Но я уж иначе тебя буду звать… Например – Лютик. Согласный?

Кивнул чертенок головой: согласный, только отпусти!

– Своим родичам передай: за гармоникой пусть не охотятся. Не волшебная она – простая. Все волшебство в умении да в душе, если есть у кого она. У тебя, Лютик, есть душа?

Пожал плечами чертенок: кто его знает, может есть – живой ведь! А может и нет – не человек все-таки…

– Хочешь играть научу?

Загорелись глаза у Лютика: вместо трепки – такой подарок!

– Научи, Ваньша! Я тебе за уроки грибов целую кадушку натаскаю!

– Да я и сам грибы собирать люблю. Я тебя, Лютенька, за просто так играть научу. Чтоб хорошим делом на досуге занимался, а не воровством.

И стал Ваньша чертенка на гармонике играть обучать.

Сперва дело туго шло, но потом наладилось. К осени «Барыню» разучили, «Светит месяц», «Во саду ли, в огороде», «Камаринскую»…

К зиме другие песни разучили. Поначалу смеялись над Лютиком черти: тебя, мол, Ваньша вокруг пальца обвел, гармошку украсть не дал, а учиться заставляет – виданное ли это дело! Но потом, когда Лютик на купленной в городе Ваньшей гармонике исполнил для обитателей Черного Бора «Во саду ли, в огороде», смеяться перестали и даже немного зауважали, и стали ставить в пример другим чертенятам. А Ваньша-Гармонист, когда соседи вздумали его укорять – с кем, мол, связался! – отвечал им: