Чуть позже пробежали занятые своей игрой дети. И снова он почувствовал, что они никогда не знали той внутренней пустоты, столь знакомой ему. Затем верхом на мулах проехали крестьяне — они тоже были веселы, не в пример ему самому.

Снова он спросил себя: «Как получается, что они, по-видимому, обрели счастье, которое я никак не могу найти? Моё сердце не радуется знанию тайн Троицы, циклов жизни и законов дхармы. Мне были открыты Единство и Множественность, и я знаю секреты древа каббалы. Я испытал все виды аскетизма. Я проводил часы, дабы обогатить своё сердце в медитации. Чего же мне не достаёт?»

Тогда он не знал, что, благодаря усилиям, сделанным им в этой жизни, и обретениям предыдущих инкарнаций, ученик теперь был готов к тому, чтобы услышать слова Учителя.

Одинокий путник шёл по дороге. Внешность его не была особенной. Он шёл спокойно, как человек, который не торопится, у которого есть время остановиться, чтобы восхититься цветком, облаком в небе или щебетом птицы. На нём была простая, но добротная без претензий одежда. Время от времени он насвистывал, но, главное, он — улыбался! Не зная почему, едва Даниэль увидел его на повороте дороги, как почувствовал в себе некое изменение. Как будто животворный ветер пронёсся над его душой. Путник поравнялся с Даниэлем и с почтением приветствовал его:

«Здравствуйте, чужеземец. Я никогда не видел вас здесь прежде. Вы здесь, вероятно, недавно?»

Это были просто вежливые слова, но что-то в его лице, его взгляде неизбежно притягивало внимание Даниэля; это было как появление солнца после бури. Тотчас же и без видимой причины он захотел заговорить с путником.

Даниэль: