Непонятно, почему христианство, которое энергично и с энтузиазмом вновь подтвердило это, культивирует в своей среде единственный в своём роде страх смерти, который играет столь большую роль в его общественной жизни, его литературе и его искусстве. Это не просто вера в ад, которая окружила могилу ужасом, поскольку и у других религий был свой ад, и всё же их последователей не волновал этот тёмный страх. Например, у китайцев, воспринимающих смерть, как некую лёгкую и тривиальную вещь, есть коллекция адов, весьма уникальных в их различной неприятности. Возможно, различие — вопрос расы, а не веры; так что энергичная жизнь Запада уклоняется от своей антитезы, и его лишённый воображения здравый смысл находит бестелесные условия совсем не достаточными в части комфорта; тогда как более мечтательный, мистический Восток, склонный к медитации, всегда ищет возможности сбежать от рабской зависимости от чувств во время земной жизни и считает бестелесное состояние чрезвычайно желательным и наиболее способствующим нестеснённой мысли.

Прежде чем перейти к рассмотрению судьбы человека в посмертном состоянии, необходимо, хотя бы кратко, определить строение человека, как это рассматривается эзотерической философией, поскольку мы должны иметь представление о компонентах его существа, прежде чем сможем понять их разрушение. Итак, человек имеет следующий состав.

Бессмертная триада: индивидуальность.

Атма, или дух как воля.

Буддхи, или дух как интуиция.

Манас, или дух как интеллект.

Tленная четвёрка: личность.

Низший манас, или ум.

Кама, или желание.

Прана, как побуждающая жизненность.

Прана, как непроизвольная жизненность.