Джордан с трудом поверила услышанному.

– Неужели? – недоверчиво спросила она.

– О Господи, конечно! Студенты не обращают внимания на его акцент и ловят каждое слово, потому что никто и никогда не проваливается у него на экзаменах.

Вот как! Значит, студентов манит возможность легко получить удовлетворительную оценку!

Лоррейн также упомянула, что профессор слишком рано ушел на покой, но все они надеются, что он передумает и вернется.

– Хороших преподавателей найти трудно, – заметила она. – Нам так мало платят, что большинство просто не могут позволить себе бросить работу в таком возрасте. Что ни говори, профессору Маккенне нет и сорока пяти!

Лоррейн совершенно не стеснялась излагать столь личную информацию о бывшем коллеге и даже не спросила Джордан, почему она так интересуется профессором. По правде говоря, Джордан солгала и представилась дальней родственницей профессора, но Лоррейн не потребовала никаких подтверждений. К тому же она оказалась ужасной болтушкой.

– Бьюсь об заклад, вы подумали, что он намного старше, верно?

– Абсолютно.

– Я тоже. Могу, если хотите, посмотреть, когда у него день рождения.

Боже, какая услужливость!

– Это совершенно не обязательно, – отказалась Джордан. – Вы сказали, он ушел на покой? Я думала, он в долгосрочном отпуске.

– Нет, он уволился, – настаивала Лоррейн. – Мы были бы счастливы снова его заполучить. Но сомневаюсь, что профессор вернется к работе. Он получил такое приличное наследство! Мне он говорил, будто никогда не предполагал, что на него свалятся такие деньги! Тогда же он решил купить участок земли подальше от давки и сутолоки большого города. Профессор занимается историей своей семьи, поэтому хотел найти такое место, где мог бы работать в тишине и покое.

Оглядываясь вокруг, Джордан все больше уверялась, что профессор нашел тишину и покой. Здесь не было ни души, и она подозревала, что Сиринити – такой же голый и унылый, как окружающий пейзаж.