Надо только коснуться. Если тело холодное, то этого будет достаточно. Холодный – значит наверняка мертв. Ведь он холодный? Конечно, холодный! Собрав всю свою решимость, Саммер дотронулась до его руки. Тело было холодным…

Его пальцы сомкнулись на ее запястье так внезапно, что она поначалу этого не почувствовала. Но уже в следующее мгновение потеряла равновесие от сильного рывка холодной, мертвой руки. Саммер в ужасе открыла рот, когда изуродованное окровавленное тело, не отпуская ее, поднялось с анатомического стола и потянулось к ней, как в самом жутком из кошмаров Стивена Кинга.

Женщина завизжала. Безжалостные пальцы сильнее сдавили ее кисть. Мертвец резко развернул ее спиной и заломил руку за спину. Холодный волосатый локоть сжал ей горло. Мужчина обладал необычайной силой, а его тело было холодным, очень холодным. Саммер ударил в нос запах смерти – разлагающейся плоти? Формальдегида?

Еще один вопль вырвался из ее легких. Обвившая шею рука угрожающе сжалась, одним быстрым рывком перекрыв и звук, и воздух.

– Пискни еще раз, и я сломаю твою чертову шею, – прорычал мертвец ей в ухо.

Только теперь Саммер поняла, что он вовсе не мертв. А очень даже жив и полон желания убивать.

Будь на его месте Восставший из Мертвых, ей, наверное, не стало бы хуже.

Саммер стояла на цыпочках, так согнутая сжавшим ей горло локтем, что ее позвоночник готов был вот-вот сломаться. Выкрученная за спину рука болела, голова кружилась от недостатка воздуха. Она слышала только два звука: биение в ушах ее собственного пульса и сиплое дыхание покойника (до сих пор ей казалось, что перед ней мертвец).

– Не делайте мне больно. Пожалуйста.

Мольба с трудом прорвалась через сдавленную глотку. Слова были хриплыми, и она сама их еле различала. Если он и услышал ее, то все равно не ослабил свою жесткую хватку.

– Сколько еще вас?

Рука вокруг шеи напряглась. Саммер почувствовала удушье. Свободной рукой она инстинктивно попыталась освободиться.