Когда они объехали строение, Хантер вздохнул свободнее: база "Лайф медэвак" оказалась в гораздо лучшем состоянии, чем аэродром Дьявольских Вил. Кроме хорошего ангара, здесь были два новеньких вертолета и всю взлетно-посадочную площадку окружали прожектора.

– Увидимся, когда я вернусь, – сказала молодая женщина, заглушила мотор и распахнула водительскую дверцу. – Я должна успеть на вылет.

– Спасибо, что подвезли, – отозвался Хантер и вылез из грузовичка.

Калли обернулась и послала ему еще одну из своих убийственных улыбок.

– Чуть не забыла: опасайтесь кофе Мери-Лу. Она вам скажет, будто это лучшее, что вы пили в своей жизни, но не верьте. – Она сморщилась. – Кофе у нее ужасный.

Хантер стоял и смотрел, как Калли бредет к ожидавшему ее вертолету, и смутное беспокойство охватило его. Не считая того противоречия, что она неслась по городу, как будто за ней гнались тысячи чертей, а сейчас еле двигалась, словно в ее распоряжении уйма времени, что-то неправильное было в том, как облегал ее темно-синий летный костюм.

Но когда она скрылась в кабине и скользящая дверца захлопнулась, его мысли переключились на работу. Хотя Эмеральд Ларсон заверила его, что обеспечила медпункт всем самым лучшим и современным, он решил заказать новую летную форму, чтобы бригаду "Лайф медэвак" легко было узнать, когда она будет появляться на местах. И надо будет проследить, чтобы каждый получил костюм правильного размера.

– Должно быть, вы Хантер ОБаньон, новый босс нашей группы.

Хантер обернулся; к нему обращалась женщина, которой на вид было лет семьдесят. Завитые белые волосы, совершенно круглое лицо, узкие очки на носу – на рождественском карнавале она вполне могла бы играть миссис Санта-Клаус.