Бандероль из адвокатской фирмы пришла туманным апрельским утром, в раннее время. Она была завернута в жесткую оберточную бумагу, перевязана бечевкой и запечатана красным сургучом.

Почтальон, насвистывая, ввалился в приемную конторы «Хокинс и Холлетт», впуская вместе с собой шквал сырого, холодного воздуха.

— Доброе утро! — бодро приветствовал он пожилую тонкогубую секретаршу.

Мисс Джей холодно и неодобрительно взглянула на него поверх очков.

— Что это? — спросила она, указывая на пакет. Губы ее поджались при виде сургучной печати, украшенной гербом; право же, писатели слишком много о себе понимают. Делопроизводитель перевернула пакет и увидела имя отправителя: «Уинторп, Уинторп и Джарвис».

— Адвокатская контора, должно быть, — высказал предположение почтальон. — Вы что-нибудь учудили? А может, это пикантные мемуары какого-нибудь судьи? Как бы там ни было, распишитесь в получении. Остальная почта будет позже, как обычно.

Прямыми четкими буквами мисс Джей расписалась на бланке и вернула его почтальону. Потом извлекла из ящика стола журнал почтовой корреспонденции и внесла запись. Не успела она закончить, как входная дверь вновь отворилась, впуская свежий порыв студеного ветра и девушку в бобриковом пальто.

— Доброе утро, мисс Холлетт, — ледяным тоном произнесла секретарша и выразительно посмотрела на большие часы на стене. — Вы опять опоздали.

Девушка широко улыбнулась и выскользнула из пальто.

— Всего на пять минут. Такие пустяки, мисс Джей!

— Будьте добры, отнесите этот пакет наверх, к мисс Хокинс. Прямо сейчас.

— Сию секунду! — И опоздавшая помчалась вверх по выстланным коричневым линолеумом ступенькам, перескакивая через две; конский хвостик ее запрыгал из стороны в сторону.