Он почти убедил себя в этом. Но в этот момент она глянула на него, слегка приподняв брови в немом вопросе, и Гедеон почувствовал странную смесь шока и удовлетворения, когда увидел в ее глазах блеск холодного трезвого ума.

Она не была сумасшедшей.

Гедеона всегда манили и очаровывали всякого рода загадки. Он не мог ни одну оставить неразгаданной. В этот момент его охватил привычный азарт. Эта женщина была самым загадочным явлением из всех, с которыми ему до сих пор приходилось сталкиваться. Он не мог уехать просто так, не попытавшись понять ее.

Все это Гедеон говорил себе самому.

— Где это вы поранили руку? — спросила она, глядя на маленький порез на его предплечье.

Он проследил за ее взглядом, вспоминая, что ходил по лесу с закатанными рукавами.

— Я полагаю, об какую-нибудь колючку. Вы не имеете ничего против, чтобы сказать мне свое имя?

— Нет. Меня зовут Мэгги, вам надо смазать ранку чем-нибудь антисептическим, чтобы в нее не попала инфекция. Мой фургон вон там.

Идя за ней, он посмотрел себе под ноги и спросил:

— Вы, в самом деле, понимаете Лео?

— А вы разве нет?

Он решил не отвечать на этот вопрос.

— Мэгги, а как дальше?

— Дюран.

— Меня зовут Гедеон Хьюз.

— Да, — спокойно сказала она. — Я знаю.

— Вы знаете? — он был немного напуган.

— Конечно. Адвокат Балтазара связался с нами сразу же после трагедии, и мы узнали о том, что случилось. Печально, не правда ли? Я имею в виду, что он практически был почти у цели. Если бы власти не задержали его в Дакаре, носорог не взбесился бы и не забодал его. Но вы могли не получить завещание в течение нескольких месяцев, и мы не ждали, что вы появитесь здесь так скоро.

Ее легкий, по-детски искренний голос звучал обезоруживающе. У Гедеона ушло несколько секунд на то, чтобы вникнуть в суть того, что она сказала.