Я как-то спросила у тети Зары, почему это так, и она сказала, что Река прокляла старую мельницу и лес вокруг нее, и там теперь бродит проклятый дух в женском обличье. Потому-то люди и построили новую мельницу, выше по течению ручья. А когда я рассказала папе про то, что мне сказала тетя Зара, он рассмеялся и сказал, чтобы я не слушала всякую чушь. И вот теперь я сижу в этой самой проклятой мельнице, посреди этого самого проклятого леса, и тку свою историю, и ничего мне от этого не делается! Ясно вам, тетя Зара?

Мы целый день рубили дрова. Солнце светило ярко, хотя осень уже была на исходе. И вообще это было похоже на праздник. Мы бегали среди деревьев, кричали, ловили падающие листья и играли в салки. И я не думаю, чтобы нами заинтересовался хоть какой-то дух, что бы там ни говорила Робин. И вообще, она сама бегала и кричала не хуже нас. В тот день она здорово походила на себя прежнюю, такую, какой она была, пока не выросла и не сделалась вся из себя приличная и застенчивая. Мы пообедали, сидя на траве, у старой мельничной запруды, а потом опять принялись за дрова. Когда спустились сумерки, мы поплыли обратно. Мы загрузили в лодку столько дров, что ее края лишь самую малость поднимались над водой, а мы даже не шевелились, чтоб она не черпнула воды. Волосы у меня мало того, что были растрепаны, так из них еще и торчали веточки и листики. В общем, я была совершенно счастлива.

А на следующий день к нам заявился Звитт в компании с несколькими стариками, и роди у всех были постные. Они сказали, чтобы мы больше не пасли свою корову рядом с другими.

— Мы не можем пускать на наше пастбище скот безбожников, — заявил Звитт.

— А кто тут безбожник? — удивился Утенок.

— Река запретила людям плавать к мельнице, — сказал Звитт. — А вы вчера пробыли там целый день. Если бы вы были постарше, Река бы наказала вас куда строже.

— Но нас наказывает вовсе не Река, а вы, — возразил Утенок.