Перед этим Руслан выкупался в ванне. Вообще-то он мылся примерно неделю назад, но американка могла не понять этой специфики. Она то принимала душ ежедневно. И в этот день, после ужина — тоже.

Из душа она вышла обнаженной. Очевидно, решила проверить реакцию загадочной русской души на голую женщину.

Продефилировав мимо Руслана, непринужденно покачивая бедрами, она заглянула в одну из комнат, выдвинула ящик шкафа и достала оттуда упаковку презервативов.

— Как ты думаешь, нам понадобится это? — поинтересовалась она с улыбкой плохой девочки, дорвавшейся до сладкого.

Ее лобок был выстрижен в форме стрелки, указывающей вниз — само собой понятно, куда. Похоже, Мария действительно не относилась к породе хороших девочек.

Возможно, она ожидала, что Руслан повалит ее на пол прямо в холле, но он, будучи человеком северным, не стал демонстрировать южный темперамент. А вместо этого рассказал Марии о «дереве жизни».

Оно стояло в комнате у скульптора Германа Колесникова, в углу у окна. Когда-то это была новогодняя елка, но скульптор забыл ее убрать, и когда все иголки облетели, дерево превратилось в достопримечательность.

На ветках «дерева жизни» вместо плодов висели презервативы. Когда возникала острая нужда в противозачаточном средстве, презерватив срывали. Это называлось «плод созрел».

Мария слушала с открытым ртом, а потом заявила:

— Я обязательно должна увидеть это.

— Увидишь, куда ты денешься, — ответил Руслан, а потом спросил: — А ты часто ходишь по дому без одежды?

— Да. Я еще в колледже исследовала жизнь лагеря нудистов. И это мне очень понравилось.

— Интересно, что ты исследовала в детском саду?..

— Я никогда не была в детском саду.

Это они говорили друг другу на ухо жарким шепотом, поскольку уже спелись в тесном объятии под треск вырываемых с мясом пуговиц. Среди предков Марии недаром были мексиканцы — у нее оказался настоящий южный темперамент.