Когда пират обвел окружающих прищуренным взглядом, несмотря на полумрак, царящий в зале, все сразу занялись поисками — новых партнеров и партнерш по танцам и флирту. Этот мужчина обладал силой, и не только физической.

Чтобы посмотреть ему в лицо, Настасье пришлось запрокинуть голову. Даже если бы она надела эти неудобные, но необходимые для деловой женщины, высоченные каблуки, пират все равно смотрел бы на нее свысока. Немногие знакомые ей мужчины могли похвастаться таким ростом, и ни один из них не являлся брюнетом. Поэтому Настасья решила, что этого человека она не знает.

Нет, один брюнет все-таки есть, но она не хотела сейчас о нем вспоминать. Настасья не видела его уже очень давно, и даже если бы случилось что-то из ряда вон выходящее, что могло бы привести его в этот город, он все равно не пришел бы на маскарад.

Она внимательнее присмотрелась к прижимающему ее к своему худощавому, но жилистому телу мужчине и отмахнулась от промелькнувшего подозрения. Этот красавец казался шире в плечах и сильнее, его волосы были длиннее, улыбающийся рот — резче очерчен, а глаза выражали такое откровенное желание, что Настасья тут же позабыла о сравнениях и, подняв одну бровь, улыбнулась незнакомцу в ответ.

— Как мне называть тебя?

Его низкий, глубокий голос, казалось, пробрался Настасье под кожу и по ней побежали толпы мурашек. Нет, она не станет называть этому соблазнительному мужчине свое имя. Зачем? У каждого из них своя жизнь. Она пришла сюда развлечься. Он, видимо, тоже. К чему портить волшебный вечер реальностью?

— Шахерезада.

— Слишком длинное имя. Придумай другое.

Господи, он хочет, чтобы она думала?! Ее мысли уже давно заменили инстинкты, но Настасья сделала над собой усилие и пошевелила извилинами.

— Шахе, — не весть что, но на большее она оказалась не способна.

Музыка слишком громыхала, шампанского она выпила слишком много, а пират был слишком мужчиной. Настасья почти потеряла голову.