– Если вы собираетесь меня оскорблять, вам придется выйти. – Затормозив, она выехала на обочину.

– Ради Бога, не останавливайтесь.

– Я не выношу оскорблений. Я…

– Ложитесь! – Дуг столкнул ее на сиденье как раз вовремя – ветровое стекло покрылось паутиной трещин.

– Моя машина! – Уитни попыталась сесть на сиденье, но ей удалось лишь приподнять голову, чтобы оценить ущерб. – Проклятие, на ней ведь не было ни одной царапины. Я проездила на ней только два месяца.

– Вы получите не только царапину, если не будете нажимать на газ и двигаться вперед. – Пригнувшись, Уитни развернул руль, направив машину в сторону улицы и внимательно глядя перед собой. – Ну!

Она в бешенстве нажала на акселератор и вслепую поехала по улице, в то время как Дуг одной рукой держал руль, а другой прижимал Уитни к сиденью.

– Я не смогу так вести машину.

– С пулей в голове вы тоже не сможете.

– С пулей? – Ее голос дрожал не от страха, а от раздражения. – Они в нас стреляют?

– Нет, они бросают камешки. – Взявшись за руль покрепче, Дуг повернул его так, что машина выскочила на обочину и резко свернула за угол. Досадуя, что не может сам вести «мерседес», он осторожно посмотрел назад. «Линкольн» не отставал, но они все-таки выиграли несколько секунд. – Хорошо, садитесь, но держитесь пониже. И ради Христа, продолжайте двигаться вперед.

– Как я смогу все это объяснить страховой компании? – Уитни вытянула шею, пытаясь найти неповрежденный участок в разбитом ветровом стекле. – Никто не поверит, что в меня стреляли, а я и так на плохом счету. Вы знаете, как ко мне относятся?

– Могу себе представить – если судить по тому, как вы ведете машину.

– Ну, с меня достаточно. – Выпятив челюсть, Уитни повернула налево.

– Там же одностороннее движение. – Дуг беспомощно огляделся по сторонам. – Вы разве не видели знака?

– Я знаю, что здесь одностороннее движение, – пробормотала она и сильнее надавила на педаль газа. – А еще это самый короткий путь через город.