Длинные золотистые волосы Флоранс, рассыпавшиеся по плечам, сияли. Нед вздрогнул, вспомнив голову Дороти, которую обкорнал какой-то идиот. Что заставило ее расстаться со своими прекрасными волосами? С прядями, торчавшими во все стороны, – словно по ним просто провели пятерней, вместо того чтобы расчесать, – она была похожа на сорванца. Этот стиль ей совсем не шел. И лицо казалось исхудавшим. А может быть, оно и в самом деле было худым? Что, если Дороти больна? Лицо девушки показалось ему бледнее, чем обычно, здоровый цвет словно смыло. Если она была больна, если и сейчас болеет… Нет, все же это не объясняет страха и злости, вспыхнувших в ее глазах! И напрасно она оттолкнула его. Она вполне могла бы остаться с ним. Он бы ухаживал за ней. А есть ли сейчас у Дороти кто-то, кто заботится о ней?

– О! Мое любимое шампанское! «Вдова Клико!» – Джим взглянул на Неда. – Великолепный подарок!

– Мне нельзя его пить, – огорченно протянула Флоранс. – Молоко скиснет.

Новый режим вступил в свои права, а от него скиснет не только молоко, молчаливо пророчествовал Нед. Он состроил сокрушенную гримасу.

– Извини, Флоранс. Я необразованный мужик.

– Не расстраивайся, любимая. – Джим запечатлел поцелуй на ее нахмуренном лбу. – Мы сохраним его до того времени, когда этот маленький обжора перейдет на бутылочки.

– Ох, когда это будет! – Флоранс надула губы. – Посмотри, как переполнены мои груди, молоко чуть ли не брызжет!

Груди действительно натянули ночную рубашку до предела, заметил Нед, и вдруг в его мозгу вспыхнуло недавнее воспоминание: когда Дороти в лифте, словно защищаясь, обхватила свои плечи руками и груди ее приподнялись, они показались ему более соблазнительными, чем обычно.