– Отличная работа, - заметил Трокмортон, обращаясь к Милфорду.

– Благодарю вас, сэр. Это «Блаженный Парментье», великолепный сорт.

Мужчины уставились на розовый куст и молчали до тех пор, пока их не вывел из задумчивости голос Адорны.

– В любом случае, такой девушке, как Селеста, с ее способностями будет полезно окончить школу гувернанток, - сказала она, возвращаясь к прежней теме.

– Она легкомысленная девчонка, - спокойно заметил Милфорд.

В глубине ивы что-то затрещало.

Трокмортон настороженно нахмурился, оглянулся, а затем встал, подошел к дереву, пытаясь заглянуть под свисающие до самой земли ветви.

– В семнадцать лет почти все девушки такие, - заметила Адорна, наблюдая за Трокмортоном и думая в то же время о том, что Селеста, если ею как следует заняться, может стать украшением ее школы. А подобного рода успех был нужен сейчас Адорне как воздух, чтобы прекратить наконец недоуменные пожатия плечами и вопросы о том, как это ее угораздило заняться таким не подходящим для настоящей леди делом. Кстати говоря, даже ее муж, человек напыщенный и высокомерный, считал это непростительной глупостью. Он никак не мог понять пылкого желания своей жены заниматься чем-то еще, кроме нормальных женских дел - шитья и сплетен. Адорна до сих пор не могла забыть того удивления, с которым она впервые услышала, как ее муж отзывается о школе гувернанток. Она и не предполагала, что речь лорда Бакнелла может быть украшена такими крепкими выражениями.

«Я должна доказать, что все они не правы, особенно мой дорогой муженек, и надеюсь, что Селеста сумеет мне в этом помочь», - подумала Адорна.

– Когда Селеста окончит мою школу, она станет изысканной, образованной и независимой девушкой, с которой нельзя будет не считаться, - сказала она вслух.

Милфорд посмотрел на Трокмортона. Трокмортон едва заметно кивнул, словно давая взволнованному отцу свое согласие.