Год, проведенный в Филадельфии, сейчас казался ей сном, она так старалась стереть его из памяти. Она приехала в дом сестры своей матери нескладной, дикой девчонкой-сорванцом. Тетя Сесилия ахала и охала, виня в неразвитости Мел Ричарда Барнетта и жизнь все эти годы без матери на ранчо, как она выражалась, «в этой дикой стране». Но Мел быстро схватывала то, что нужно для превращения в настоящую леди, как и все остальное во время нескольких лет учебы, на которой настаивал отец. Тетя Сесилия гордилась успехами Мел, видя в них свою личную победу, и ввела Мел сначала в узкий круг своих друзей, а затем и в общество. Тетя Сесилия продолжала звать Ричарда Барнетта «коровьим бароном», хотя это было преувеличением, но «фермер», по ее понятиям, было не тем словом.

Разумеется, никто в Филадельфии не звал ее Мел. Тетя Сесилия объяснила, что Мелани очень славное имя, а Мел больше подходит конюху. Мел переняла представление своей тети о хорошей жизни, как она перенимала все остальное, чему учила ее тетя. Она подражала своим кузинам, этим двум праздным на вид, но вечно счастливым девушкам. Вернувшись с востока, Мел умела довольно хорошо вышивать, хотя в Техасе уже не брала в руки иголку. Она научилась сладко улыбаться, негромко смеяться и держать свое мнение при себе. В конце концов Мелани Барнетт сделалась совершенной леди, и тут явился Эдвард Фаллон.

Эдвард. Одна мысль о нем заставляла ее стискивать зубы и сжимать кулаки. Как бы ей хотелось выстрелить ему в сердце, а не в спину. Этот лживый, никчемный тип, и вот ее отец тащит в дом еще одного такого же кандидата в мужья.

Даже ни разу не видя ее, Маленький Макс решается оставить комфорт востока в надежде заполучить ранчо ее отца и его небольшое состояние.

Мел почти металась по своей скромно обставленной мебелью комнате. Она не позволит отцу выбирать ей мужа – ведь, хотя он изо всех сил отрицал это, она знала, что он хочет выдать ее замуж за Маленького Макса.

Мел овладела собой и, немного подумав, улыбнулась. В Филадельфии она научилась не только вышивать и сидеть как подобает леди. Она знала, что этим ухажерам с востока нравилось в женщинах, а что нет.