Глаза ее странно сверкнули. — Сегодня что-то словно перевернулось во мне. Мне хочется петь и танцевать, а то вдруг тянет упасть головой в подушку и зарыдать во весь голос. Вероятно, я сильно переволновалась за Павлика, меня до сих пор бросает в дрожь, когда я вспоминаю, как он повис на суку… — И здесь Наташа слегка слукавила, потому что ее бросало в дрожь совсем по другому случаю. Просто она вновь и вновь вспоминала взгляд князя в тот момент, когда он остановился на ее шее, а потом скользнул к груди или наоборот? Но это не суть важно! Кровь горячей волной прихлынула к ее лицу, а по телу разлилось сладостное томление, словно он ласкал ее не глазами. Словно это его пальцы нежно коснулись ее кожи, скользнули по щеке, сбежали до ключицы…

Наташа вновь вздрогнула и бросила быстрый взгляд на Ксению, не заметила ли чего та в ее глазах, не поняла ли, что за мысли, одна греховнее другой, бродят в голове ее сестрицы. Она с трудом перевела дыхание. Лиф платья стал тесным и сдавил грудь. Тонкая ткань нижней сорочки показалась вдруг грубой, как простая ряднина. И графиня едва сдержалась, чтобы не застонать, ощутив вдруг сильную боль за грудиной. Она поняла, чего ей не хватало! А она-то думала, что совсем забыла…

— Ксюша, пошли к озеру, — графиня подхватила края юбки и резво сбежала по ступенькам, ведущим к беседке. Уже у самого дуба оглянулась и весело попеняла сестре: — Чего медлишь? Поспеши, я хочу искупаться!

— Зябко же! — Ксения передернула плечами. — И комары сегодня злющие! Видимо, к дождю!

Наташа вновь посмотрела на небо: и вправду, его затянула редкая пока сеть облаков, но с неожиданно проснувшейся лихостью она произнесла:

— Ничего! Мы мигом! Зато как хорошо спаться будет!

И, взявшись за руки, сестры сбежали по пологому берегу к купальне.

Раздевшись донага, они долго плескались в прогревшейся за день воде. Плавали наперегонки, зажав носы пальцами, ныряли и все время весело перекликались и хохотали так, как давно уже не хохотали в присутствии друг друга. И ничуть не заботились, что кто-то увидит их обнаженными. Слуги за версту обходили купальню, стоило им заслышать голос графини.