У нее по щекам потекли слезы, но она не стала вытирать их и попыталась отвлечься на что-нибудь приятное, но в голове вертелась только одна мысль: какая же она глупая! Это ее первое самостоятельное путешествие — ее сопровождали только горничная и лакей Кадди, — причем ей стоило больших трудов уговорить родных отпустить ее одну.

«Одна ты обязательно вляпаешься в неприятности», — убежденно заявил Тэлли.

«У тебя появится много знакомых мужчин, и тебе будут делать предложения. Нужно будет их взвесить и обдумать», — сказал Итан, лукаво глядя на нее.

Нат попросил купить ему книги, дал ей список и ласково произнес:

«Будь осторожна, ладно?»

С Адамом было хуже всего. Он чмокнул ее в лоб и сказал, что доверяет ей, что верит в нее и знает, что у нее хватит ума правильно вести себя во всех ситуациях.

Кей оглядела себя и обнаружила, что одна, нога оголилась почти до колена. Она попыталась прикрыть ее плащом, но не смогла вытащить его из-под себя.

Что касается отца, то когда она попросила разрешения поехать в Чарлстон, он ответил: «Нет». Коротко и ясно. «Нет». А мама сказала: «Не переживай, я его уговорю». И уговорила.

И вот выясняется, что она предала их веру в нее — веру всех, кроме Тэлли, который считает ее легкомысленной вертихвосткой.

— Возьмите! — Шотландец протянул Кей грязный носовой платок. Когда она, поколебавшись, взяла его, он сказал: — От вашего носа он станет еще грязнее, так какая разница, чистый он или нет?

Заметив, что Кей собирается ответить, он раздраженно закатил глаза и проехал чуть вперед.

Кей высморкалась, ухватила платок двумя пальцами и вытянула руку, не зная, что делать с ним дальше.

— Не выбрасывайте, — поспешил предостеречь ее шотландец. — Они пустят по нашему следу собак.

Вероятность такого поворота событий настолько потрясла Кей, что она разжала пальцы. Шотландец придержал лошадь и поймал платок до того, как тот упал на землю.