— Что? — охнула она. — Это все английские мужчины должны брать у меня уроки!

— Только что ты проиграла скачки одному английскому мужчине. А теперь слезай и вытри лошадь. Нельзя оставлять ее долго стоять в мыле.

Теперь он еще учит ее ухаживать за лошадью! Усмехнувшись, Бронуин замахнулась, намереваясь… его ударить. Стивен легко увернулся, быстро и больно выкрутил ей руку, так что хлыст упал на землю. От неожиданности Бронуин потеряла равновесие. Тяжелое английское платье обернулось вокруг ее ног, и она, потеряв опору, качнулась вперед.

Девушка схватилась за луку седла и удержалась бы, но руки Стивена сомкнулись уже у нее на талии. Он рванул ее к себе. Борьба между ними длилась всего мгновение, но больше всего Бронуин выводило из себя то, что Стивен, похоже, получает огромное удовольствие от ее унижения. Он играл с ней, позволив ей на секунду представить… что она победила, прежде чем снова потянуть вниз.

Он засмеялся и одним сильным рывком снял ее с седла, подняв высоко над головой.

— Ты замечала, что, когда ты сердишься, ямочка у тебя на подбородке становится еще глубже?

— Ямочка? — задохнулась она и отвела ногу, чтобы ударить его.

Учитывая то, что ее ноги были на ярд от земли и что единственной опорой были руки Стивена, державшие ее за талию, разумнее было бы не шевелиться. Он снова рассмеялся, подбросил ее в воздух, потом снова поймал в объятия. Он прижал ее к себе и громко поцеловал в ухо.

— С тобой всегда так весело? — рассмеялся он.

— А ты всегда такой наглый? — парировала она. — У тебя бывают какие-нибудь другие мысли, кроме желания лапать женщин?

Он потерся лицом о ее нежную кожу.

— Ты вкусно пахнешь. — Он снова взглянул на нее, — Признаюсь, ты первая женщина, которая так на меня действует. Но ты и моя первая жена, женщина, которая полностью принадлежит мне.

Бронуин замерла.

— И это все, что женщина значит для тебя? То, чем можно обладать?