— А у вас как?
В первый раз он заметил легкий смешок.
— Я переплачиваю своим слугам, ничего от них не требую, вдобавок они крадут у меня серебро.
Тут он снова засмеялся. Может, все-таки у нее есть чувство юмора.
— Моя проблема возникла от того, что сестра меня очень любит. И всегда любила. На Рождество она, бывало, прокрадывалась ночью по лестнице и переставляла карточки на пакетах, потому что обычно люди дарили мне скучные, утилитарные подарки, а Ровене дарили вещи, достойные ее красоты. Конечно, потом я оказывалась с двадцатью пятью ярдами желтого шелка, вышитого бабочками, а она получала, допустим, десять томов, посвященных жизни Байрона, в итоге обе мы были несчастны. Но делала она это из любви ко мне.
— Вам нравится Байрон?
— Мне нравятся книги. И исследования. Я более разумна, тогда как Ровена ярче. Когда я вижу объятое пламенем здание, я зову пожарных, в огонь я не брошусь, я от него убегу.
Коул улыбнулся:
— Я похож на вас.
— О-о нет, вы не убежите, — сказала она с некоторым вызовом. — Вы, мистер Хантер, похожи на Ровену.
И то, как она это произнесла, прозвучало как самое худшее из того, что кто-нибудь говорил о нем. Его первой реакцией было защищаться. Но от чего защищаться? Ведь она не сказала о сестре ничего, кроме крайнего одобрения.
— Я вас изучила довольно основательно, мистер Хантер, и вы так же слепо героичны, как моя сестра. Вы сначала действуете, а потом уж думаете о том, что делаете. Согласно источникам, из которых я получила нужные мне сведения, вы прекратили две войны между бандами и жертв было меньше, чем кто-либо мог надеяться.
Он понимал, что этого нельзя делать, но все-таки поддел ее в отместку за прошлое замечание:
— Нет, сударыня, я только то, что вы видите, — «стареющий гангстер».
— Это то, как вы выглядите, а правда в том, что у вас нет будущего. Ваша полезность закончится, как только у вас ослабеет зрение. Насколько я знаю, вы не удосужились отложить хоть сколько-нибудь из денег, полученных за все, что сделали, и в основном из-за того, что вас тянет вообще не работать, или работать мало. С одной стороны, вы герой, а с другой — дурак.