Но Эриел была даже рада, что так случилось. Это была последняя капля, переполнившая чашу ее терпения, последний толчок, который ей требовался, чтобы начать исполнять свой план.

Фаэтон подкатил, окутанный облаком пыли. Граф остановил экипаж и спрыгнул на землю. Она находила его красивым: густые черные волосы, чуть припорошенные серебром, и странные серые глаза. Во всяком случае, для своего возраста он был привлекателен.

– Доброе утро, милорд, – сказала она, низко приседая. Она практиковалась в этом целыми днями, что было нелегко и требовало большой сноровки.

– Действительно, утро прекрасное, мисс Саммерс. – Его глаза оглядели ее всю с головы до ног, и во взгляде его она читала восхищение. – Где ваш отец в такой прекрасный день?

– Ушел в деревню по какому-то делу. Должно быть, забыл, что вы приедете. – А Эриел, естественно, не сочла нужным напомнить ему. Она хотела поговорить с графом наедине и предпочла, чтобы отец не присутствовал при этом разговоре.

– Жаль, что я не застал его, но, думаю, это не столь уж важно. – Он бросил взгляд куда-то вдаль, на поля, и лицо его просияло. – Вижу, что всходы отличные. Если погода установится, то урожай будет славным.

– Уж мы постараемся вам угодить. – Граф отвернулся от нее и собирался уже сесть в фаэтон, но Эриел удержала его за руку. – Простите, милорд, но я хотела кое о чем поговорить с вами.

Он улыбнулся и снова повернулся к ней:

– Конечно, моя дорогая. О чем будет разговор?

– Как вы думаете… как вы считаете… я хорошенькая?

Она почти не сомневалась, что нравится ему, судя по тому, как он всегда смотрел на нее, – это был взгляд человека оценивающего, но сейчас она не была ни в чем уверена и стояла не дыша. Если он ответит «нет», это означает крах ее плана.

Медленная улыбка тронула губы графа, а взгляд стал еще пристальнее. Он разглядывал форму ее губ, подбородок, овал лица. Потом взгляд его заскользил ниже, к ее груди. Она бы хотела, чтобы ее груди были округлыми и полными, как у Бетси.