Она увидела, как выражение изумления в его глазах сменяется задумчивостью. Потом в них появился недобрый блеск, и она ощутила трепет.

– Вы хотите, чтобы я оплатил ваше образование. Так?

– Да, милорд.

– А в знак благодарности готовы стать моей любовницей?

Она с трудом сглотнула.

– Да, милорд.

– Вы хоть понимаете значение этого слова?

Щеки ее залил свекольно-красный румянец, так как она знала, что означает делить постель с мужчиной. Она не была уверена, что вполне понимает смысл слова «любовница», но это не имело значения. Она была готова уплатить любую цену за то, чтобы избавиться от опеки отца и расстаться со своей унылой жизнью на ферме.

– В основном да, милорд.

Он снова принялся изучать ее лицо, потом его бледные глаза обшарили все ее тело с головы до пят. У нее возникло странное ощущение, будто он снимает с нее одежду – один предмет туалета за другим, словно она осталась обнаженной, и ей захотелось прикрыть свою наготу руками. Но она выдержала его пронзительный и бесстыдный взгляд стоически. Только вздернула подбородок.

– Это весьма любопытное предложение, – сказал он. – Надо еще подумать и о вашем отце, но, насколько я его знаю, удастся найти решение, которое удовлетворит и его.

Он наклонился, приподнял ее голову за подбородок, повернул в одну, затем в другую сторону, изучая впадинки под высокими скулами и ямочку на подбородке. Потом провел пальцем, обводя очертания губ, и одобрительно кивнул:

– Да… право же, интересное предложение. Скоро вы услышите обо мне, дорогая Эриел, а до тех пор прошу вас никому не рассказывать о нашей беседе.

– Да, милорд. Я так и сделаю.

Она смотрела, как он садится в экипаж, как щелкает вожжами по гладким крупам вороных лошадей. Сердце ее билось отчаянно, ладони стали влажными.

Возбуждение наполняло все ее существо. Теперь она знала, что ее план удастся. Но за возбуждением следовали сомнения и неуверенность. Эриел не могла не думать о том, что, возможно, продала свою душу за лучшую жизнь.

Глава 2

Лондон, Англия, 1802 год

– Он прибыл, милорд. Впустить его?