– Вот и умница… – проворчал он ей на ухо, а потом повернул лицом к себе и поднял. – Обхвати меня ногами за пояс.

Ее веки были тяжелыми от желания – но мгновенно снова широко раскрылись в паническом страхе.

– В… вы… что вы делаете?!

– Ты влажная от желания.

Она его хочет – как и полагается.

Лахлан непонимающе нахмурился, когда Эмма опять начала вырываться. Несмотря на то, что он сильно ослаб, справиться с ней было не труднее, чем удержать дикую кошку.

Он прижал ее к стене, придавив своим телом, и по очереди приник губами к напрягшимся соскам. Глаза у него закрылись от наслаждения, и он тихо застонал, водя языком вокруг тугих бутонов. Когда он снова открыл глаза, то обнаружил, что Эмма крепко зажмурилась, упираясь сжатыми кулачками ему в плечи.

Лахлан снова поставил ее на ноги и продолжил свои интимные ласки. Эмма снова вся сжалась. Если бы он попытался войти в нее сейчас, он бы ее разорвал… Но его это не беспокоило. Ему пришлось пройти через такие муки – и в результате он нашел вампиршу! Нет, теперь его не остановить!

– Расслабься! – приказал он.

Результат получился обратным: она снова начала беспомощно трястись.

«Мучит меня так же, как ее родственники!» Лахлан взревел от ярости, и его руки стремительно ударили по обе стороны ее головы, кроша мраморную стену.

Глаза Эммы снова наполнились серой безнадежностью. Почему она не из его родни? Будь она одной с ним крови, она сейчас добивалась бы того, чтобы он ее наполнил, умоляла бы об этом! Она впустила бы его в свое лоно и облегченно вздохнула, почувствовав, как он начинает двигаться. Мысленно представив себе, как это будет, Лахлан застонал, оплакивая свою потерю. Ему хотелось бы, чтобы она отвечала. Но он возьмет то, что дала ему судьба.

– Я все равно буду в тебе этой ночью. Лучше расслабься. Эмма посмотрела на него, нахмурив брови, – и на лице ее ясно читалось отчаяние.