Когда ей уже стало казаться, что он вот-вот заснет, он прошептал ей на ухо:

– Чувствую, ты все еще полна желания? Она судорожно вздохнула.

– В-вы говорите такие слова, просто чтобы меня шокировать!

– Расплети косы. Ты будешь ходить с распущенными волосами.

– Я не хочу…

Когда он поднял руки, явно собираясь сделать это сам, Эмма поспешно расплела косы, стараясь прикрывать волосами свои заостренные уши.

Лахлан резко выдохнул, почти вскрикнув от неожиданности.

– Дай-ка я на них посмотрю.

Эмма ничего не ответила – и он отвел ее волосы назад.

– Они у тебя как у фейри. – Он провел костяшками пальцев по острому кончику уха – и по телу Эммы невольно пробежала дрожь. – Это черта женщин-вампиров?

Она никогда в жизни не видела чистокровного вампира – ни мужчины, ни женщины, так что в ответ на его вопрос могла только молча пожать плечами.

– Интересно.

Он вымыл ей волосы, рассматривая ее лицо с выражением, которое Эмма не могла понять, а закончив, приказал выключить воду и вывел ее из душевой кабинки.

Она поспешно бросилась к комоду, полному белья. В следующее мгновение Лахлан уже был позади нее и заглядывал ей через плечо. Эмма ощутила, что он снова наливается желанием. Он выбрал весьма открытую ночную сорочку из красного кружева, зацепив пальцем за бретельки.

– Красную. Чтобы я не забыл, что ты такое. Красный был ее любимым цветом. Ей тоже необходимо было напоминание.

– Подними руки.

– Я могу одеться сама! – отчеканила Эмма.

Лахлан стремительно повернул ее лицом к себе, и в его голосе зазвучала смертельная угроза.