— А, фрейлейн Эбни, это вы! — окликнула ее квартирная хозяйка через открытую дверь гостиной. — Я вижу, дождь все еще идет. — Она пощелкала языком в знак сочувствия. — Не хотите ли зайти и обогреться? — И она жестом указала на печь, от которой исходило уютное тепло, ощущаемое Маргарет даже в прихожей.

Но заманчивая возможность согреться не соблазнила Mapгарет. Ей хотелось только убежать к себе, остаться одной и все обдумать. Попытаться понять, что именно задумал Чедвик и что может потребовать от нее.

— Вы весьма любезны, фрау Грубер, но мне нужно переодеться. Фрау Грубер пожала пухлыми плечами.

— Как хотите, фрейлейн. Я не видела сегодня вашего родственника. — В ее темных глазах блеснуло любопытство. — Здоров ли он?

— Да, граф Чедвик был так добр, что нашел ему новое жилье.

— Вот как? — Вид у фрау Грубер был откровенно скептический, но, к радости Маргарет, она не стала задавать вопросов. Маргарет взбежала по ступенькам лестницы прежде, чем фрау Грубер успела вспомнить, что пора вносить квартирную плату; за следующую неделю, и попыталась получить ее. Если бы Мару гарет заплатила за квартиру, она отдала бы все свои деньги, но в таком случае… При мысли о том, что она окажется в Вене одна, без денег и без жилья, Маргарет зажмурилась, охваченная паническим страхом. Она знала, что не должна поддаваться этому страху. Горький опыт научил ее, что страх — это трата времени и сил; он отупляет человека и делает его более уязвимым.

Войдя в свою комнату, Маргарет быстро сняла с себя промокшую одежду и вытерлась одним из ветхих полотенец, предоставленных фрау Грубер.