– Благодарю, Лейни.

Мисс Лейн, похоже, разделяла недовольство миссис Молфри. Она не одобряла поведение Элизабет и поэтому решилась высказать свое мнение:

– Дорогая мисс Уинвуд, вы полагаете, вам следует встретиться с ним? Вы думаете, ваша maman это одобрит? Элизабет гордо заявила:

– У меня есть позволение maman, дорогая Лейни, на то, чтобы сообщить мистеру Эрону о предстоящих изменениях в моей жизни. Терезия, ведь ты не станешь, я уверена, рассказывать о предложении лорда Рула раньше времени?

– Какое благородство! – вздохнула Шарлот, когда за мисс Уинвуд бесшумно закрылась дверь.

– Эдвард тоже переживает, – трезво заметила Горация. Ее проницательный взгляд остановился на кузине: – Терезия, если ты об этом п-проболтаешься, то пожалеешь. Что-то надо делать.

– А что мы сможем сделать, когда наша милейшая Лиззи принесет добровольную жертву на алтарь? – проворчала Шарлот.

– Переживания! Жертвы! – воскликнула миссис Молфри.

– Боже, послушав вас, можно, подумать, что Рул – людоед! Ты меня совсем вывела из терпения. Шарлот! Дом на Гросвенор,

который, как мне говорили, просто роскошен, парк, раскинувшийся на семь миль, и трое охраняемых ворот!

– А какое положение в обществе! – восхищенно сказала служанка. – Кто же больше достоин его, чем дорогая мисс Уинвуд! Я всегда чувствовала, что ей судьбой предназначено занимать высокое положение в обществе.

– Фи! – насмешливо сказала Горация и прищелкнула пальцами. – Это всего лишь благодаря высокому положению Рула!

– Мисс Горация, умоляю, только без этих вульгарных жестов!

Шарлот пришла сестре на помощь:

– Не следует щелкать пальцами, Горри, но ты права. Лорд Рул, взяв невесту из семьи Уинвуд, тоже немало приобретает. Тем временем мисс Уинвуд, лишь на секунду остановившись на лестнице, чтобы успокоить волнение, вызванное сообщением о прибытии мистера Эрона, спустилась в библиотеку, расположенную на первом этаже.