— Не бойся, я обвиняю тебя.

— Слейд, прости, что я вмешиваюсь, — произнесла леди Стенвик с присущей ей деликатностью. В свои сорок лет она все еще выглядела великолепно, ее темные волосы были прекрасно уложены, а зеленое шелковое платье подчеркивало достоинства фигуры. — Мне ужасно жаль, что произошло такое досадное недоразумение. И правда, я только сейчас впервые услышала о плане Авроры. Конечно, я не оправдываю ее, я бы ни за что не согласилась, если бы знала обо всем. Но что касается ее безопасности, то она всегда была под присмотром. Нас сопровождали две служанки, кучер и четверо дворецких. Мы останавливались в моем доме в Лондоне, где полно слуг. Уж не говоря о том, что я сама постоянно находилась рядом с Авророй. — Тут виконтесса деликатно кашлянула. — Разве только исключая момент, когда она выпрыгнула из моего экипажа, чтобы быстро пробежаться по улице Святого Джеймса и заглянуть в мужской клуб. Но даже тогда она находилась в поле моего зрения.

— Я остановилась только возле Уайт-клуба, — быстро пояснила Аврора, — и сразу же побежала назад к экипажу Элеоноры, едва ее дворецкий отправился за мной. Я только успела заглянуть в большое полукруглое окно и увидела, как там играли в вист.

— Очень убедительно, — отозвался Слейд.

— Не стоит столько говорить о безопасности, да и о бессердечности тоже, — повторила Элеонора. — Кроме того, нужно сказать кое-что и в защиту Авроры, несмотря на ее опрометчивый поступок. Она была уверена, что ты прочитал письмо и знал, где она находится. Если бы нам стало известно, что все не так, мы бы сразу вернулись домой. Поверь мне.

Бессильная ярость, кипевшая в груди Слейда, утихла, и он повернулся к виконтессе, внезапно осознав всю грубость своего поведения.

— Элеонора, простите меня. Этот спор не имеет никакого отношения к вам и не должен был произойти в вашем присутствии. Большое спасибо за вашу трогательную заботу об Авроре, за то, что вы представили ее высшему свету, куда она так давно стремилась.