— Меня зовут… — Ей очень хотелось узнать, кто этот человек. С трудом открыв глаза, она смогла увидеть только его внушительную фигуру, которая, казалось, заполняла собой все пространство. Впрочем, он был не такой уж огромный, принимая во внимание, каким маленьким оказалось суденышко. Маленьким и незнакомым, с таким же незнакомым, но далеко не маленьким капитаном.

— Кто вы? — спросила она.

— Жертва. Так же как и вы.

Жертва. Одно только это слово заставило Кортни все вспомнить, вызвав вереницу страшных картин. Ее отец… на него нападает тот мерзкий пират, отца вытаскивают с его места у штурвала, связывают и вставляют в рот кляп. И Лексли… струсивший под дулом пистолета, привязывает тяжелый мешок с зерном к его ногам. Он выглядел таким ничтожеством, когда приказал Грину и Уэверли отправить Кортни вниз. Как же она брыкалась и сопротивлялась, когда они тащили ее! Затем… крик ее отца, за которым раздался всплеск воды.

Он утонул.

— Нет! — Громко закричав, Кортни села и тут же с приглушенным стоном упала навзничь. Острая боль смешалась с приступами тошноты, она ощутила невероятную слабость, прежде чем желудок освободился от своего содержимого.

Похоже, признаки подступившей тошноты были весьма очевидными, потому что мужчина, сидевший у руля, повернулся, подхватил ее и поднес к краю борта, держа так, пока она не перестала содрогаться от спазмов. Слезы выступили на глазах девушки.

— Папа… — Кортни пыталась бороться со слабостью, с воспоминаниями, с непоправимой реальностью. — Он умер, — выдавила она, когда боль в голове сделалась нестерпимой. — Этот негодяй… он убил его.

После этого все закружилось у нее перед глазами, и она провалилась в темноту.