– В таком случае я свободен? – Траск надвинул шляпу на лоб.

– Мне не очень-то нравятся типы вроде тебя, – мрачно заметил помощник шерифа. – Я бы посоветовал тебе убраться из Галвестона, и поскорее.

– Благодаря мисс Уиллз я именно так и поступлю, – усмехнулся Траск.

– Мы отплываем в Корпус-Кристи на первом же пароходе.

– Значит, на «Уиндеме», завтра утром.

– Приятно было с вами познакомиться, мистер Григ-сон. – Присцилла поднялась и протянула руку в белой перчатке – как настоящая леди.

– Советую быть осторожнее, мисс. – Тот потянулся через стол и энергично потряс руку, однако не проводил гостью до двери.

Траску он не сказал ничего, даже не попрощался с ним, и Присцилла подумала, что помощник шерифа его побаивается. Когда они вышли на раскаленную от солнца улицу, она насмешливо заметила:

– Сдается мне, мистер Траск, ваша репутация опережает вас.

– Как это понимать, мисс Уиллз? Теория насчет моих добрых глаз не выдержала проверки временем? Так скоро?

Присцилла не удостоила его ответом. Тут ей под ногу некстати подвернулся камешек, и она едва не упала. Однако Траск успел поддержать ее. Удивительно, но при недюжинной силе он вел себя с девушкой осторожно, почти мягко.

– Уверена, вы на многое способны, – призналась Присцилла. – Иначе я не выбрала бы вас в проводники. И все же… я по-прежнему доверяю вам и буду доверять до тех пор, пока вы не совершите чего-то недостойного. Например, не явитесь завтра проводить меня на «Уиндем».

Траск приоткрыл рот.

– И не вздумайте богохульствовать!

– Что вы, мэм, как можно! – воскликнул он и по-мальчишески ухмыльнулся.

Оказывается, он обладал способностью быстро и разительно меняться.

Присцилла попыталась представить себе Траска гладко выбритым и решила, что это, пожалуй, пошло бы ему на пользу. Во всяком случае, лучше стали бы видны очертания рта. Подобные мысли были для нее внове, и она смутилась, когда сердце почему-то застучало чаще. Однако, как ни гордилась Присцилла своим безупречным воспитанием, она, не удержавшись, украдкой посмотрела вслед своему новому проводнику. В слишком узких брюках его длинные мускулистые ноги казались особенно стройными. Осознав, что не сводит с него глаз, Присцилла в ужасе огляделась, не видит ли кто-нибудь ее безнравственного поведения.