Стараясь поворачивать голову как можно осторожнее, Руари сначала наблюдал, как Сорча разводила костер, а потом стал осматривать место, где они остановились на ночь. Выбор места вполне можно было одобрить. Тут росло достаточно деревьев и кустарников, чтобы укрыться от дождя и ветра, но все-таки деревьев и кустов было не слишком много, так что враг не смог бы подобраться к ним незамеченным. К тому же они расположились на возвышении, и местность хорошо просматривалась со всех сторон. Без сомнения, кто-то учил Сорчу всему этому, но для чего, с какой целью?

«Может, спросить ее об этом?» — подумал Руари.

В этот момент девушки подошли к нему и, наклонившись, приподняли носилки. И вновь все тело его пронзила боль — так что у него пропало всякое желание расспрашивать спасительницу. Опустив носилки у костра, девушки переложили Руари на подстилку, а затем принялись снимать с него доспехи и одежду. И теперь боль стала настолько сильной, что ему захотелось опять провалиться в темноту, сулившую освобождение от боли. Но все же Руари держался изо всех сил. Он еще не вполне доверял своим спасительницам.

— Ты очень нам поможешь, если потеряешь сознание, — заявила Сорча, смывая кровь и грязь с его тела.

— Помогу? — процедил Руари сквозь зубы. — Но ведь больно-то мне, а не тебе, разве не так?

— Терпеть не могу упрямых храбрецов, — проговорила Сорча. — Ты держишься за свой разум, как будто он — святой Грааль, а я — язычница, которая хочет отнять его у тебя. Ты заставляешь себя страдать, хотя в этом нет никакой надобности. Так поступают только глупцы, мой дорогой рыцарь.

— Ему очень больно, Сорча, — сказала Маргарет. — Ты поступаешь плохо, оскорбляя его.

— Он это заслужил.

Руари поморщился и пробормотал:

— Послушай меня, девушка…

— Помолчи! — перебила Сорча. — Потом будешь осыпать меня ругательствами, а теперь вот, прикуси вот это. — И она сунула ему в рот толстый кусочек кожи. — У тебя, рыцарь, три глубокие раны, которые нужно зашить. Одна рана — на правой руке, другая — на животе, откуда чуть ли не вываливаются кишки, и еще одна — на левой ноге. Ты, наверное, столкнулся с целым отрядом англичан.