– С-скажите, он всегда пьет так… так обильно? – робко спросила Клементина, когда они поднимались по широким каменным ступенькам.

– Нет. Сегодня он топит в вине свою совесть.

– Совесть?

– Да. Он прекрасно понимает, что должен был бы вести себя с вами добрее. Но дай ему время, девочка. Ему просто нужно время.

Клементину это высказывание мистрис Керр озадачило, и она продолжала размышлять над ним, даже когда они добрались до спальни. Неужели у этого ужасного мужчины есть совесть? Клементину обуревали сомнения на этот счет, но мистрис Керр знала его всю жизнь.

В комнату доносились снизу звуки музыки и шум веселья. Судя по всему, уход новобрачной поднял шотландцам настроение.

– К-как вы думаете, мистрис Керр, скоро все пойдут на покой? Или празднество продлится всю ночь?

– Это зависит от лэрда, девочка. Никто не может уйти до него.

– А-а, – протянула Клементина, опускаясь на стул перед туалетным столиком.

Анни тем временем стала расстегивать ей крючки на платье. Последние сведения лишь утвердили Клементину во мнении, которое уже создалось у нее о муже. То, что никто не может уйти прежде лэрда, представлялось ей каким-то дремучим варварством. А этот бедный юноша… Дейви… Неужели ему тоже придется через силу высиживать за столом до тех пор, пока его лэрд не упьется до бесчувствия?

Рассеянно вынимая гребни из волос, Клементина посмотрела на левую руку, теперь отягощенную золотым кольцом. Что будет, если она снимет его? Не покажется ли это оскорблением мрачному лэрду? Но если она оставит его на пальце, оно скорее всего затеряется в простынях во время сна. Так что Клементина решилась и, сняв кольцо, бережно положила его на туалетный столик. Если бы так же легко могла она освободить от оков свою жизнь…

Все это время Анни Керр не переставала болтать о том и о сем, что выглядело как-то тревожно. Клементина украдкой обернулась и подозрительно посмотрела на служанку. В эту минуту Анни разворачивала одну из прелестных ночных сорочек, бывших частью приданого Клементины. Сшитая из тонкого льняного полотна, она была украшена по лифу нежными розовыми бутонами и бантами.