— Беги, пока не поздно, — настаивала Мадлен охрипшим от страха голосом.

Саймон был добрым, богобоязненным человеком, который всегда хорошо к ней относился. Как и другие слуги, он вынужден был оставаться на службе у Луддона, и одно это было достаточно тяжким испытанием. Не мог же Господь быть таким жестоким и в довершение ко всему отнять у старика и жизнь!

— Бежим со мной, леди Мадлен, — начал умолять Саймон. — Я сумею надежно спрятать вас.

Девушка отрицательно покачала головой.

— Одному тебе будет легче скрыться, Саймон. Барон обязательно придет за мной. И не спорь, пожалуйста, — торопливо добавила она, видя, что слуга собирается продолжать уговаривать ее. — Да иди же наконец! — выкрикнула Мадлен, подталкивая старика в спину.

— Да защитит вас Господь! — пробормотал Саймон и, протянув хозяйке кинжал, заковылял к воротам. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как был сбит с ног братом Дункана. Джилард бежал за одним из вражеских воинов и случайно наткнулся на старого слугу. Саймон упал на колени, и тут Джилард сообразил, что перед ним — еще один враг, которого надо уничтожить.

Мадлен ни на секунду не усомнилась в намерениях Джиларда. Громко закричав, она подбежала к ним и прикрыла Саймона своим телом.

— Встань и отойди в сторону! — рявкнул Джилард, занося меч.

— Нет! Прежде чем убить его, тебе придется прикончить и меня!

Лицо молодого человека скривила гримаса ярости. Уж кто-кто, а брат барона был способен уложить девушку одним ударом.

Происходящее не укрылось от внимания Дункана, который тут же поспешил к Мадлен. Барон знал крутой нрав своего брата, но не сомневался в том, что тот не посмеет причинить вреда девушке. А если Джилард все же сделает это, то умрет сам. Не важно, что они единокровные братья. Дункан — всесильный барон Векстонских владений, а Джилард — его вассал, обязанный чтить своего господина. Дункан ясно заявил, что Мадлен принадлежит только ему. И никто не имел права коснуться ее хоть пальцем. Никто!