– Лучше скажи, вынудил его! – мрачно произнес сэр Горас. – В странное время мы живем! Я понимаю мальчика, но Боже мой, мне вас жаль!

– О, пожалуйста, поверь, это не так! – горестно вскричала леди Омберсли. – Я не хочу, чтобы ты думал… Чтобы ты считал Чарльза неприятным, ведь он не такой, если его не выводить из себя; а надо признать, это мало кому удавалось! Вот почему я думаю, дорогой Горас, что если он не захочет, чтобы я позаботилась о Софи, мне не следует противоречить ему!

– Вздор! – сказал сэр Горас. – Почему он не должен захотеть?

– Мы… мы решили не устраивать приемов в этом сезоне, за исключением неизбежных. Самое неприятное, что пришлось перенести свадьбу Чарльза из-за тяжелой утраты, которую понесла мисс Рекстон. Ее семья еще шесть месяцев не снимет черные перчатки по одной из сестер леди Бринклоу. Ты знаешь, все Бринклоу тщательно соблюдают правила поведения. Эжени посещает лишь очень тихие приемы, и естественно ожидать от Чарльза, что он разделит ее скорбь!

– Боже, Элизабет, мужчина не должен носить черные перчатки по тетке той, на ком он еще не женат!

– Да, конечно, но Чарльз ей сочувствует, а, кроме того, еще и Чарльбери!

– А с ним-то, черт возьми, что?

– Свинка, – трагически ответила леди Омберсли.

– Что? – сэр Горас расхохотался. – Да, видать это еще тот парень, если умудрился заболеть свинкой, когда надо было жениться на Сесилии.

– Послушай, Горас. Я должна тебе сказать, что ты несправедлив к нему. Он-то чем виноват? Это и так для него унизительно! И более того, чрезвычайно не вовремя, так как если бы он сейчас был здоров, то, благодаря своей любезности, не говоря уж о превосходных манерах и обходительности, непременно расположил бы Сесилию к себе! Но эти девчонки так глупы и забивают головы романтическими бреднями, не говоря уж о капризах. Как бы там ни было, я рада, что Сесилия не похожа на этих ужасных современных мисс, и, конечно же, она послушается своих родителей! Однако что может быть несвоевременнее свинки лорда Чарльбери!