— Ты нечестно играешь, Торризи!

Это было смертельным оскорблением, разрешить которое могли лишь рапиры, уже выхваченные из ножен. Антонио почувствовал неприятное прикосновение шпаги сзади между лопатками и тут же, рывком увернувшись, прижался спиной к стене дома. Обернувшись, он узнал в этом шутнике Аль-визе Челано, который с глуповатой ухмылкой уставился на него.

— Вот ты и у нас в руках, Торризи!

— Ну так что же ты ждешь? — взревел разъяренный Антонио, и голос его отдался эхом по стенам переулка. — Ну, давайте! Где же вы? — Он угрожающе выставил вперед рапиру. — Налетайте все разом — ведь так лишь трусы поступают! Такие, как вы!

Антонио уже подумывал о том, чтобы резко броситься вперед и попытаться прорваться через заслон, Филиппо, взбешенный его словами, жестом приказал своим людям отойти, а сам вышел вперед.

— Этот спор должен быть разрешен лишь нами двоими! — рявкнул он. — Никто больше не должен пролить твою поганую кровь! Это удовольствие я доставлю себе сам!

И Филиппо, отступив на шаг, сбросил свой узорчатый сюртук, швырнув его вместе с треуголкой кому-то из стоявших рядом, но маску предпочел оставить. Люди, услышав крики и заметив свет фонарей, стали высовываться из окон. Ночные гуляки с интересом останавливались и тоже жаждали поглазеть на дуэль. В одном из близлежащих казино открылась дверь, и оттуда вышли четверо мужчин с картами в руках. Увидев, что Антонио один, они быстренько сложили их, попрятали по карманам и направились к нему. Самого старшего из них Антонио хорошо знал, и они поздоровались.

— Доктор Гауло? Это вы? Возможно, понадобятся ваши услуги.

— Это вы в этой бауте, синьор Торризи? — осведомился в ответ доктор, узнав Антонио по голосу. — Двое моих друзей готовы быть вашими секундантами.

И тут же один из них забрал у Антонио его шляпу и плащ. Двое противников, встав как раз посередине площади, стали медленно сходиться. Огонь невесть откуда взявшихся факелов бросал мерцавшие блики на их лица. Оба — и Филиппо, и Антонио — знали, что им предстоит сражаться не на жизнь, а на смерть.