Угроза подействовала, во всяком случае на какое-то мгновение,

— Меч поможет вам не больше, чем то, что вы сорвали голос, взывая в окно о помощи. — Похоже он был скорее раздражен, чем озабочен своей безопасностью. — Вы не можете причинить мне вреда, миледи.

Какая самонадеянность! Тряхнув головой и стараясь не наступить на битое стекло, Авриль поднялась на ноги.

— Попробуйте сделать шаг — и убедитесь, насколько вы не правы. — Она попыталась определить расстояние до двери и сделала осторожный шажок.

К ее великому удивлению, мужчина двинулся в противоположную сторону — к окну.

— Я не сомневаюсь в вашем искусстве владения оружием: видел, как вы продемонстрировали его там, на базарной площади, — сухо заметил он и вступил в полосу лунного света, лившегося через открытое окно.

Изумленно уставившись на него, Авриль судорожно вздохнула и воскликнула:

— Вы! Вы тот самый торговец, который налетел на меня там, на углу!

Сердце подскочило у нее чуть ли не к горлу. Она не могла ошибиться: это был тот самый рослый, мощный негодяй, с которым она столкнулась на улице. То же резкое, обветренное лицо, бронзовая от загара кожа и солнечного цвета волосы, достойно выдерживавшие сравнение с мерцающим лунным сиянием.

— Если мне не изменяет память, — заметил он, приподнимая уголок рта в насмешливой улыбке, — это вы на меня налетели.

У Авриль снова, как тогда в Антверпене, слегка закружилась голова — может быть, оттого, что мужчина неким необъяснимым образом опять показался ей знакомым. Что-то напоминал ей этот глубокий, спокойный голос. Этот взгляд.

У него были светло-голубые, словно прозрачное холодное озеро, отражающее летнее солнце, глаза.

Под их неотступным пристальным взглядом она снова ощутила нервозность, как и тогда, при первой встрече. Авриль захлестнул ослепляющий жар, будто солнце свалилось с неба и наполнило собой каждую клеточку ее существа. Это ощущение возникло так внезапно и властно, что она на какой-то миг лишилась дара речи, способности дышать и понимать что бы то ни было.