От его прикосновений незнакомка тихо застонала, но лицо осталось бледным, ресницы не дрогнули. Брент завернул ее в одеяло и прижал к себе, стараясь согреть своим теплом. Появился Чарли с бутылкой бренди, и Макклейн с нарочитой грубоватостью велел ему наполнить стакан.

— Где вы нашли ее, капитан? — поинтересовался Макферсон. Он не мог не заметить, как красива незнакомка, и лицо его вспыхнуло любопытством.

— На берегу, — коротко ответил Брент. — Все, Чарли. Никогда раньше я ее не видел.

Макферсон скорчил недоверчивую гримасу и почесал щеку — слишком уж бросалось в глаза волнение капитана, притащившего на борт эту таинственную красотку. Кремень дал трещину! Чарли едва подавил ехидную усмешку — ему до смерти захотелось подначить капитана. Чтобы капитан Брент Макклейн вдруг отказался от женщин? Да скорее небо упадет на землю! Макклейн любил женщин, а те так и падали в обморок, столкнувшись с взглядом его стальных глаз. Но где бы ни подбирал Брент своих подружек — на улице или на плантациях, — он прежде всего придирчиво изучал их и играл в постельные игры только с теми, кто хорошо знал правила игры. Капитан Макклейн имел славу неисправимого ловеласа, хотя и был лишен лоска, свойственного таким людям, но женщин как раз привлекали к нему острые углы, из которых он и состоял. От тяжелой работы ладони Макклейна были в жестких мозолях, мышцы твердые, как сталь, черты лица грубые и исполненные решимости — в общем, в Бренте не было ни грана мягкости и дипломатичности. Он совершенно не умел льстить и угодничать. И этот морской волк, спрашивает для женщины нюхательную соль! Обычно если какая-нибудь девица в присутствии Макклейна падала в обморок, затрепетав ресницами, то бравый капитан отходил в сторону, предоставляя другим играть роль спасателей.