— Это в такой же мере можно отнести и к тебе, мама, — подала голос дочь знахарки, кареглазая Селеста. Девушка была ровесницей баронессы, но по красоте ей значительно уступала. Ее можно было считать хорошенькой, если бы бледное лицо не портили красные прыщики. Основным украшением Селесты были ее роскошные темные волосы, заплетенные в толстую косу, ниспадающую до самых бедер.

— А что, мне надо было ждать, пока он схватит Шарлотту?

— Все равно бы мы с ним не справились.

Тетя Луиза была явно не согласна с такой постановкой вопроса и, поставив палку в угол, ушла в свою комнату.

Пари

Заскрипел, опускаясь, тяжелый подъемный мост, чтобы впустить припозднившихся охотников в крепость. К лошади Ульфа была приторочена внушительная туша кабана, правда, без одной ноги. Стражники, стоявшие возле ворот замка, шумно приветствовали вернувшихся друзей.

— А что это у тебя с рукой, Ульф? — спросил его друг Токе Коротышка, который в этот раз дежурил на воротах. Викинг был пониже своих товарищей, но не по росту широкоплеч. К тому же у него были непропорционально большие ступни и большие косолапые руки, почти до колен. Все знали, что в бою Токе крепко стоит на ногах и ловко орудует мечом. Встреча с ним на поле брани не сулила для врага ничего хорошего.

— Кабан зацепил.

— Ну, видно, ты его тоже зацепил, — стражник хлопнул ладонью по щетинистому боку, — давайте быстро к столу, там уже подали ужин.

В летнюю пору норманнские дружинники любили обедать на свежем воздухе, под навесом, сплошь увитым виноградными лозами. Под навесом были установлены длинные столы, сделанные замковым плотником из широких дубовых досок. Трапеза обычно сопровождалась грубыми шутками и комментариями, чаще всего не на тему еды, как это было принято у франков. На этот раз на столе были расставлены блюда с жареной свининой и запеченной рыбой, кашей из овса, пироги с мясом и разные салаты из овощей. В сторону то и дело летели обглоданные кости, которые еще на лету ловко подхватывались дюжими косматыми псами.