Небольшой, сложенный из разноцветных камней домик тетушки Луизы укрылся от посторонних глаз под огромными раскидистыми дубами на широкой поляне у родника. Дом находился на окраине старого леса, недалеко от селения Кормаль. Сюда приходили только знакомые знахарке люди, да и то по крайней нужде. Тетя Луиза собирала, и сушила лекарственные травы, и с помощью настоев и мазей лечила всевозможные недуги. Шарлотта с Селестой, дочерью Луизы, потихоньку перенимали знания у пожилой знахарки, собирали лечебные растения, вязали из них пучки и развешивали на обширном чердаке. Это занятие, да еще маленький огородик и давали возможность всем троим не голодать и кое-как сводить концы с концами.

Еще на подходе к дому подруги увидели, что у них есть гости. Любимица девушек мохнатая овчарка Бель, — собака у лесных жительниц тоже была женского пола, — услышав чужие голоса, стала злобно рычать.

К ограде были привязаны два огромных коня, а из дома доносились резкие мужские голоса и вопли, перемежающиеся взрывами грубого хохота. Подойдя к полуоткрытой двери, девушка сразу поняла, что к ним пожаловали викинги. С тех пор, как норманны захватили замок Шарлотты и убили ее отца, их корявая речь вызывала у молодой баронессы озноб и исступленную ненависть. Перед глазами всплывали страшные сцены дикой атаки на ее дом, мелькающие мечи, кровь, разбрызганная по вымощенному булыжником двору. Захватчики лишили девушку всего: дома, любящего отца, братьев. Удалось спастись лишь одной Шарлотте, она выбралась подземным ходом из захваченного врагами дома.

— Ой, что ты делаешь, старая карга! — раздался возмущенный мужской голос из-за двери, — это же рана, больно же!

В ответ на эту реплику последовал взрыв такого громкого хохота, что едва не распахнулась дверь. Видимо, приятель раненного не сочувствовал его страданиям и осмеивал каждый стон.

— Терпи, Ульф, другим ты, небось, царапины поглубже делал своим мечом!

— Так-то другим, Грим, — отозвался невидимый Ульф, — слышишь, хозяйка, там, похоже, кто-то пришел!