Девушкам не хотелось общаться с ненавистными северянами, но и остаться незамеченными им не удалось. Шарлотта попыталась быстро прошмыгнуть в их общую с Селестой комнату.

— Ух ты, какая ягодка! — одновременно восхитились оба воина.

И действительно, юная баронесса была потрясающе хороша. Особенно в гневе. Девушка сверкнула на незваных гостей зелеными брызгами возмущенных глаз и отвернулась, взмахнув густой копной золотисто-рыжих волос. Хотя красавица сразу же убежала в свою комнату, но от многоопытных мужских глаз не ускользнули соблазнительные формы ее изящной фигурки — высокая грудь, осиная талия и узкие щиколотки стройных ножек, пикантно выглядывающих из-под подотканной юбки.

— Кто это? — огромный светловолосый норманн уставился на Луизу.

— Да это племянница моя, — почему-то замялась немолодая женщина, но на ее некоторое смущение грубый мужчина не обратил внимания. Мысли викинга были прикованы к великолепной красавице, проскользнувшей мимо его носа.

— Я, пожалуй, пойду, познакомлюсь с ней, — промычал Грим и шагнул в сторону закрытой двери.

— Не стоит, — махнула рукой ведунья, — она терпеть не может вашего брата.

— Почему это?

— Вам ли не знать почему? — женщина удивленно подняла полукруглые брови, — многим семьям ваши мечи доставили горе.

— Да брось ты, старая! — с этими словами викинг вошел в девичью спальню.

Шарлотта стояла спиной к распахнувшимся дверям, но мгновенно обернулась. Лицо девушки залил яркий румянец. В ярости она стала еще прекрасней. Казалось, она испепелит своими горящими глазами и Грима, и его раненного друга.

— Как тебя зовут, малышка? — пытаясь быть дружелюбным, проговорил рыжий викинг, нещадно коверкая французские слова.

— Меня зовут гадюка, и если ты приблизишься ко мне, то получишь смертельный укус! — пухлые губки девушки растянулись в презрительной улыбке.