— Эрик!

— Лорд Данмор, благородный губернатор Виргинии, который ныне опустошает ее побережье, был выбит из Уильямсберга летом 1775 года, но, как вам хорошо известно, Принцесса, он ушел в море и на корабле его величества «Фови» обрушился на прибрежные города, разоряя их во имя короля Почему-то он всегда слишком точно знал, что происходит на берегу Позднее, в день празднования Нового года, он сровнял с землей Норфолк пушками своего флота и продолжил рыскать по побережью, угрожая теперь моему собственному дому.

— Если ты выслушаешь меня…

— Нет, Аманда Я слишком долго слушал тебя Я продолжал верить, что чувство чести заставит тебя молчать, несмотря на то что нам не удалось склонить тебя на свою сторону. Теперь-то я знаю всю правду, — произнес он с подозрительной кротостью, но это не обмануло Аманду — Опусти ружье, — спокойно потребовал он.

Ее охватил смертельный ужас. Она выбрала свой путь. Хотя она и не совершала предательства, в котором он ее подозревал, но все же до сих пор принадлежала к другому лагерю в этой войне Аманда высоко подняла голову, стараясь не выдать страха Когда-то это напоминало игру наподобие шахмат Шах и снова шах Но даже когда она играла и он позволял ей добиваться определенного преимущества, от него все равно исходила угроза Ведь Эрик сказал как-то: она поплатится, если он когда-нибудь узнает, что она предает его.

И вот теперь ее поймали на том, чего она не совершала!

Он стоял здесь, такой сильный, такой непреклонный Дым и туман, застигавшие палубу, постепенна рассеивались, и его черты становились видны все отчетливее. Белые рейтузы плотно облегали мощные мускулистые ноги, темно-синий сюртук с эполетами подчеркивал ширину плеч Эрик был в перчатках, но она и так прекрасно помнила его руки Помнила их нежность, их силу.

Его гипнотический взгляд удерживал ее на месте. Этот завораживающий, неотразимый взгляд. Сине-стальные, с серебристым отливом глаза смотрели на нее с таким яростным выражением, что она почти забыла, что сжимает в руках заряженное ружье. Аманда едва удерживала громоздкое оружие, но не хотела, чтобы он заметил это. Она не может уступить, она никогда не сдастся.