— Остаток денег, это, как вы понимаете, составило менее ста фунтов, пришлось потратить на еду, одежду и пожертвования. На последнее, к сожалению, осталось совсем мало.

Слабая улыбка скользнула по ее губам, а на щеках появились и тут же исчезли ямочки.

Подойдя к старому поверенному, Айлин сказала:

— Значит, у меня есть пятьдесят фунтов и, конечно, Пегас! Он мой, и никто не посмеет отнять его у меня.

Мистер Уиккер знал, что девушка говорит о любимой лошади, которую Дэвид подарил сестре на день рождения, прежде чем уехать из дома, чтобы никогда больше не вернуться.

Тогда Пегас был еще жеребенком. Айлин любила его и заботилась о нем, а тот всюду следовал за ней и прибегал на зов, словно ребенок или собака.

Девушка села в кресло напротив поверенного и спросила:

— Что же мне делать? Сесть на Пегаса и отправиться искать счастья с пятьюдесятью фунтами в кармане или остаться и… положиться на милость… нового герцога?

Тон ее подсказал мистеру Уиккеру, как мало прельщала Айлин последняя идея.

— Я уверен, его светлость исполнит свой долг, — поспешно произнес мистер Уиккер.

— Долг! Долг! — воскликнула Айлин. — Я знаю, что это означает! Милостыня, за которую я должна буду униженно и непрерывно благодарить его!

Ее горячность вызвала на губах мистера Уиккера слабую улыбку:

— Леди Айлин, стоит ли настраиваться на худшее? В конце концов мы же ничего пока не знаем о новом герцоге. Может, он окажется вполне приличным человеком.

— Папа так не думал, — сказала Айлин. — Он терпеть не мог отца нового герцога и называл его не иначе, как «мой кузен-мошенник».

— Я слышал, как его светлость говорил это, — кивнул мистер Уиккер, — но у меня ни разу не достало смелости спросить, почему он так считает.

— Все очень просто, — ответила Айлин. — То отец был недоволен лошадью, которую тот ему подарил, то без всякого основания подозревал своего кузена, что тот жульничает при игре в карты.