Но едва кончик шпаги коснулся головы чудовища, как оно распласталось на полу и взмолилось:

— Не убивай меня, Желудино! Я никому не причинял вреда. Я только рою ходы в земле, и от этого становится легче дышать и Большому Дубу, и кустам, и травам… Я не виноват, что вырос такой большой и испугал твоих братьев… Ведь я только слепой несчастный Дождевой Червяк… Прикажи — и я уйду так глубоко в землю, что вы меня никогда больше не увидите.

Сердце Желудино горело отвагой. Но оно было ещё и добрым. Ему жаль стало несчастного слепого Дождевого Червяка. И стыдно за свой страх перед ним.

— Ладно. Я не трону тебя, — пробормотал он смущённо. — Уходи…

Обрадованный червяк быстро-быстро задвигал кольцами и, едва перейдя порог хижины, ввинтился носом в землю…

Прошло совсем немного времени, и там, где лежал червяк, осталась только дырочка. Желудино заровнял землю башмаком, сунул шпагу за пояс и задумался: «Как нехорошо всё получилось!.. Ну, Желугавчику ещё простительно не знать, кто его друг и кто враг. Он совсем молодой и глупый пёс… Но ведь я ЧЕЛОВЕЧЕК!.. А безобидного, слепого Дождевого Червяка принял за страшное чудовище… Ой, как стыдно!..»

ГОДОВЫЕ КОЛЬЦА ВЕЛИКОГО ДУБА

Братья выскочили из лабиринта Крота, окружили Желудино, щупали шпагу, прыгали, кричали от радости:

— Ура-а-а! Желудино великий воин!.. Он победил страшное чудовище!..Теперь нам никто не страшен!..

Всю дорогу домой они скакали, резвились и допытывались у старшего брата, как он победил чудовище. Желудино хмурился, уклонялся от ответа, а потом честно сказал:

— Дождевой Червяк сам ушёл из хижины и спрятался в землю. Но они не поверили и развеселились ещё больше.

— Победа! Победа! — плясали в восторге братцы. — Наш Желудино самый смелый!.. Самый сильный!.. Самый умный!..