Рита с вызывающей улыбкой уставилась на Джейка. Тот потянулся к ней и успел увидеть широко раскрытые, торжествующие, полные предвкушения грядущих удовольствий глаза. Всего на минуту.
Вместо ожидаемого поцелуя Джейк потянул ее к себе и ловко перебросил через плечо. Воздух со свистом вырвался из груди девушки. Немного опомнившись, она принялась брыкаться и колотить его по спине кулаками.
— Немедленно отпусти меня, Джейк Брейден, иначе, помоги мне Бог, я всем расскажу, что ты меня изнасиловал! Папа исполосует тебя кнутом! Болтаться тебе на виселице, подлый обманщик! — задыхалась она.
Но на Джейка ее угрозы не производили ни малейшего впечатления. Поспешно покинув хижину, он осмотрелся. Солнце уже садилось, и извилистую линию горного гребня испятнали лиловые тени. К тому времени как Джейк усадил Риту в седло, та уже рыдала от ярости и досады, не вытирая струившихся по щекам слез. Джейк покачал головой, и девушка, спрятав лицо в ладонях, всхлипнула, как обиженный ребенок. Впервые в нем шевельнулось нечто вроде сочувствия.
— Слушай, Рита, я знаю, тебе нелегко приходится. Но так тоже нельзя. Если хочешь чего-то добиться, веди себя по-другому.
— Откуда тебе знать, что мне нужно? — капризно пробормотала Рита, поглядывая на него из-за раздвинутых пальцев. — Мужчинам незачем притворяться, как женщинам. Если я смеюсь — значит, по мнению отца, слишком громко. Если хочу поехать в город — значит, легкомысленна. Если улыбаюсь мужчине — значит, шлюха. Слишком много запретов, а папы никогда нет рядом… если не считать последнего месяца… а теперь… теперь он умирает, и я останусь совсем одна.