— Вода скоро будет готова, — сообщил слуга, с поклоном покидая комнату.

Воспользовавшись моментом, Бен решил задать Тиа несколько вопросов, большинство которых, впрочем, остались без ответа,

— Наверняка, у тебя есть фамилия — заявил он.

— Не припоминаю, — буркнула Тиа.

— Ты что — ублюдок? Твоя мать была проституткой?

— Нет, черт возьми, моя мать не была проституткой! — возмутилась Тиа.

— Как я могу узнать правду, если ты ничего мне не рассказываешь? — ласково спросил Бен.

— Это не твое дело, — нахмурилась девушка.

— Значит, будет мое. Чтобы помочь, я должен знать о тебе как можно больше.

— Я не прошу помогать мне.

— Неужели, грязнуля? — фыркнул Бен, раздражаясь. — Для начала ответь, кто такая Одноглазая Берта? Ты упоминала о ней.

— Женщина, которая приютила меня, когда я нуждалась в помощи. Она следит, чтобы меня никто не обижал.

Бен понял, что Тиа говорит о мужчинах, которые могут позволить себе любые вольности. Эта мысль породила другой вопрос:

— Ты шлюха? В трущобах Лондона девочки рано становятся проститутками.

— Проклятие! Я уже говорила, никакая я не проститутка!

Оскалив зубы, как волчонок, и вытянув пальцы, она вихрем налетела на Бена и, прежде чем он успел поймать ее руку, оставила на его щеках несколько глубоких царапин.

— Ах ты, негодяйка! Ты мне заплатишь за это!

Схватив Тиа в охапку, Бен опустился на кровать и перекинул ее через колено вниз животом.

— В тот самый момент, как я впервые увидел тебя, я понял, что ты нуждаешься в хорошей порке.

— Пожалуйста, не надо! — захныкала она.

Не обращая внимания на мольбу, Бен спустил с нее штаны, обнажив круглые белые ягодицы, такие привлекательные, что он тут же раздумал ее наказывать.

Кожа Тиа была нежной, как бархат, и на удивление чистой. Он завороженно смотрел на ее попку, словно никогда раньше не видел ничего подобного. Тиа показалась ему такой невинной и беззащитной, что у него перехватило дыхание.